Питание и здоровье
Питание и здоровье

Особенности питания различных групп людей

Медицина в фото
Медицина в фото

Уникальные медицинские фото: органы, болезни, паразиты

Планирование беременности и зачатие
Планирование беременности

Рождение ребенка – важный шаг в жизни каждой семьи

Справочник по психиатрии
Справочник по психиатрии

Симптомы, диагноз, развитие, лечение

Главная / История медицины / Ломброзо / Биография. Медицинская практика (III)

Биография. Медицинская практика (III)

Еще при жизни Ломброзо его идеи встретили решительный протест со стороны криминалистов и антропологов, доказывающих, что уголов­ное право — наука социальная и что ни по предмету, ни по методу ис­следования она не может опираться на антропологию. На Брюссельс­ком международном уголовно-антропологическом конгрессе Ломбро­зо подвергся ожесточенной критике. Была доказана несостоятельность понятия «преступный человек» как особого типа, равно как и других положений, которые из своей теории выводил Ломброзо. Критика, од­нако, не смущает Ломброзо. Он продолжает работу и пишет новые кни­ги. Так, после сочинения о преступном человеке («Uuomo deliguente», 1876 г) он написал о политическом преступлении и о революциях в от­ношении к праву, уголовной антропологии и науки управления («Iidelitto politico e le rivoluzioni», 1890 г); о преступной женщине («La donna deliguente», 1893 г).

Чезаре Ломброзо критиковал взгляды Ф. Гальтона за то, что тот сбли­жал гениальность человека с психическим расстройством. Сам же он опе­редил Гальтона в этом вопросе. До Ломброзо и после него многие авторы писали о невротичности гениальных людей, однако его теории суждено было обратить на себя большое внимание. В своей книге «Genio e foilia» («Гениальность и помешательство», 1864 г), которая наделала много шума и еще при его жизни переиздавалась более 6 раз, Ломброзо выдвинул те­зис, что гениальность соответствует ненормальной деятельности мозга, граничащей с эпилептоидным психозом. Причины творческого вдохно­вения, по Ломброзо, суть эквиваленты судорожных припадков.

Действительно, в состоянии экстаза, обрисованного Достоевским в его «Идиоте», которое овладевает иными эпилептиками перед припадком па­дучей болезни, возникает восторженное состояние, под влиянием которо­го рождается нечто новое, творческое. Под влиянием такого экстаза, на­пример, Паскаль написал род исповеди, или завещания, которое зашил в подкладку своей одежды и всегда с тех пор носил при себе. Удивленный чтением исповеди Паскаля, академик Кондорсе счел ее чем-то вроде зак­линания против дьявольского наваждения. В оправдание этой гипотезы, усвоенной также врачом Лелю, написавшим в 1846 году целую книгу об отношении здоровья этого великого человека к его гению, говорят некоторые факты, которые здесь нет возможности привести. История знает мно­жество талантливых людей, которые страдали эпилепсией, среди них были Авиценна, Пифагор, Демокрит, Александр Македонский, Плутарх, Юлий Цезарь, Петр I, Ван Гог, Достоевский, Мольер, Наполеон I. Однако никем еще не доказано, что эпилепсия активирует талант… далее

М.С. Шойфет, «Сто великих врачей»

Далее по теме: